Блондинка с черным маникюром

Блондинка с черным маникюром
Блондинка с черным маникюром
Блондинка с черным маникюром

eng | pyc

  

Лауреат приза читательских симпатий Ника-2004

Клара Сагуль
ПАРФЮМЕРНЫЙ РОМАН

Среди присутствующих случайно нет директоров совместных предприятий? Нет? Но даже если кто-то на самом деле имеет к этому отношение, а сейчас просто не хочет говорить, то я заранее прошу не обижаться и не принимать на свой счет... История, которую я вам хочу рассказать, конечно, единичная, и по-своему, просто уникальная. Именно поэтому я и рассказываю ее вам.
Кстати, она не долгая, так что наш поезд успеет дойти до Стокгольма, где я пересяду на самолет. Так что мы успеем...
Итак, я служу в компании "Мейсон и Блюмберг" уже семь лет, и все эти годы я на хорошем счету. Мне многому пришлось научиться, но в итоге я стал одним из уважаемых специалистов. Поэтому не очень понятно, почему именно меня послали в эту командировку в Россию. Совершенно непонятно, я ведь ни в чем не провинился перед руководством... Но что же было поделать.
Незадолго до этого наша фирма создала совместные предприятия в нескольких городах России. Это торговля парфюмерией, галантереей и косметикой. В частности, один большой магазин создан в довольно большом русском городе. Не буду говорить, в каком. Это неважно и не прибавит занимательности моему рассказу. Мне нужно было приехать в этот город и ознакомиться с положением дел, посмотреть, как работает магазин, и стоит ли дальше вкладывать в это дело наши деньги.
Встретили меня очень хорошо, и в первый же день русские руководители ознакомили меня с обширной "культурной программой" моего пребывания в их городе. Но меня это совершенно все не интересовало, потому что работа есть работа, и развлекаться я все равно предпочитаю в других местах. Поэтому, после нескольких минут неловких препирательств, мне все же удалось настоять на том, чтобы мы сразу поехали в контору и в магазин.
Поверхностного знакомства с бумагами оказалось достаточно, чтобы понять, что дела ведутся из рук вон скверно, все запущено, и наши деньги расходуются впустую.
Мне несколько раз приходилось инспектировать паши совместные предприятия в Турции, в Нигерии и в прочих сенегалах. И везде повторяется одна и та же история. Я с первых же минут финансовой проверки обнаруживаю многочисленные хищения. Указываю на них. Местные руководители в модных костюмах и ярких галстуках возмущенно смотрят на меня и говорят доверительно:
– Но ведь не думаете же вы, что это мы их украли?
Вот-вот. Именно это я и думаю... Думаю, что вы. Не мыши ведь съели наши деньги...
Но говорить в лицо такое неприятно. Поэтому я просто делаю выводы. На этот раз все повторилось точно так же, как бывает всегда. Ничего нового и оригинального.
После сидения в офисе мне предложили посетить сам магазин. Он занимал большое и красивое помещение на одной из главных улиц. Пять продавщиц с самого начала поразили мое воображение. Казалось, их подбирали специально, одну к другой, так, чтобы получился правильный ансамбль. Все они были молоденькие, все жгучие брюнетки, все с чуть заметным японско-малазийским типом лица и фигуры. Увидев их стройные тела, облаченные в легкие платьица, их сильно подведенные глаза – коричневые, миндалевидные, их пухлые и распахнутые, как лепестки тропического цветка, губы, я обомлел. Да, понял я, вот чему-чему, а таким вещам мои здешние партнеры уделяют самое серьезное внимание. Ну что ж, хоть один плюс я пока что нашел, хотя предпочел бы, чтобы успехи были заметны в какой-либо иной сфере нашей совместной деятельности. Девицы, надо сказать, действительно представляли собой компанию, собранную как будто для показа на каком-либо эротическом фестивале. Ну, а что касается директора магазина – тут я был потрясен еще больше. Директора подбирали по контрасту с коллективом. Это была высокая молодая дама, блондинка, причем такая же жгучая, какими жгучими брюнетками были ее подчиненные. Нельзя сказать, что это полная женщина – нет, пожалуй, ее фигура отличается совершенством европейских стандартов, изяществом формы и округлой женственностью движений. Умело наложенная косметика, модная современная, чуть вызывающая одежда, сразу говорили о том, что эта дама достойно может представлять свою фирму. В ней было что-то от Мелани Гриффит, когда она исполняла роль в "Деловой женщине".
Ее зовут Светлана, нас с ней немедленно познакомили.
Осмотр магазина ничего не прибавил к моим деловым сведениям. Я сказал об этом своим партнерам, и сообщил, что на завтра с утра хотел бы продолжить анализ документов в офисе фирмы, добавив при этом, что они сами должны понимать мою озабоченность состоянием финансов.
Увидев их кислые ухмылки и бегающие глаза, я понял, что попал в цель, и они все прекрасно понимают. Меня отвезли в гостиницу, где был забронирован люкс. Мне объяснили, что раньше этот номер держали специально для правительственных чиновников из Москвы. Но теперь времена изменились...
Отклонив еще одно настойчивое приглашение посетить местный ресторан, я, наконец, остался один.
Уж не знаю, что представляли собой прежние чиновники из Москвы, и что они думали, но горячей воды в номере не было. Как не было ее во всей гостинице. Это неудобно и раздражительно, но ничего не поделаешь. Не зря же третий компаньон моей фирмы, отправляя меня сюда в командировку, разговаривал со мной с таким виноватым видом...
Ночь прошла относительно спокойно, не считая того, что за стеной все время что-то то ли радостно, то ли яростно вопили кавказцы, привезшие на местный рынок какие-то недозрелые овощи. Все это мне объяснила наутро коридорная. Итак, я выспался, и, поднявшись, позавтракал взятыми с собой консервами, это было железное условие, поставленное мне руководством фирмы. Я ни под каким видом не должен был употреблять местную пищу. Третий компаньон сказал, что они не для того растили семь лет специалиста, чтобы в одночасье по неосторожности потерять его...
Когда с завтраком было покончено, я нагрел воды и приступил к бритью. В этот самый момент, стоило мне намылить щеки нашим фирменным кремом, в дверь моего номера постучали. С досадой я крикнул: "Войдите", думая, что это коридорная пришла с утра пораньше убирать номер.
Но что же я увидел? На пороге стояла Светлана, директор магазина, с которой я познакомился вчера. Она была великолепна. Утренний макияж оттенял ее прекрасный полуделовой наряд. На лице играла загадочная улыбка.
Удивленный, я пригласил ее войти и извинился за мой утренний вид. Она медленно вошла, так же медленно затворила за собой дверь и повернула ключ в замке. Не говоря ни слова, она стала медленно приближаться ко мне. На ходу Светлана, все так же ни слова не говоря, сняла с себя юбку, которая от одного прикосновения ее холеных пальцев разлетелась по сторонам и упала на пол...
Признаюсь, мне приходилось переживать некоторые неприятные моменты при подобных этой проверках, когда партнеры присылали мне в номер проституток. Странные люди, им почему-то кажется, что я должен немедленно растаять, и, забыв обо всем, с зубовным скрежетом и безумным взглядом броситься на первую же подвернувшуюся мне, а вернее, засланную ко мне, проститутку. Может быть, они сами так и делают, но странно ведь, что они судят обо всех людях по себе и своим примитивным наклонностям. Всегда в подобных случаях я отказываюсь от такой дикой услуги. Но сейчас... Это ведь была не просто девка с улицы, а знакомая мне директор нашего магазина, деловая женщина. Кроме того, я уже говорил, она дьявольски соблазнительна, а любой, даже такой строгий человек как я, всего лишь человек. Открыв рот, я смотрел на приближающуюся ко мне женщину. Под юбкой у нее оказалась черная кружевная грация, с черным же поясом, к которому на длинных пажах были пристегнуты черные чулки, выгодно контрастирующие с белизной ляжек. И никаких трусиков! Вот это да!
Как только она вошла, я, извинившись за свой вид, натянул брюки, и сейчас сразу пожалел об этом. Моя плоть напряглась под штанами, натянула ткань и стремилась вырваться наружу. Внутренне я уже понимал, что на этот раз не устою, и чары прелестной блондинки окончательно повергли меня в состояние безотчетного возбуждения. Хотелось немедленно скинуть так глупо и не вовремя надетые брюки, и наброситься на женщину. Пикантность усугублялась тем, что, хотя трусиков на прекрасной директрисе не было, на ней все еще было темно-зеленое суконное полупальто. Все это в ансамбле было столь изумительно, что сердце мое, да и другой орган, не выдержали. Светлана тем временем подошла ко мне вплотную, и остановилась.
Теперь я мог спокойно рассмотреть то, что предстало моему взору. Это поистине было неожиданно. Прямо перед моим лицом был живот женщины, темные спутавшиеся волоски на ее оголенном бесстыдном лобке, ее округлые ляжки, выпукло выделявшиеся в промежутке между краем чулок и поясом с грацией. Бюстгальтера на ней тоже не было, так что прелестные небольшие груди с крупными розовыми сосками готовы были вот-вот вывалиться наружу. А впрочем, они так соблазнительно просвечивали сквозь кружева...
Я не отдавал себе отчета, когда непроизвольно потянулся лицом к этому застывшему передо мной животу. Целуя его, столь бесстыдно выставленный передо мной, я ощутил тонкий аромат, исходящий от всего тела Светланы. Она надушилась с полным знанием дела, наверняка использовав все инструкции нашей фирмы по пользованию женской косметикой. Она была надушена в разных местах по-разному. Живот источал запах лаванды, подмышками таился аромат ночных фиалок... Вероятно, Светлана надушилась только что, перед дверью моего номера, потому что на волосиках ее лобка все еще висели маленькие капельки духов.
Губы мои коснулись этого места, и, раздвигая языком волосы, я стал проникать в святое святых женщины. По пути я обнаружил языком, что Светлана разрезана в паху очень высоко, а это, как вы знаете, придает особую трогательность женскому телу. Почувствовав, что мой язык уже начал проникать вглубь, женщина осторожно, чтобы не помешать мне, сделала два шага в сторону и присела на кровать рядом со мной. Теперь я встал на колени перед ее раздвинутыми коленями и стал ласкать ее по-настоящему. И тут меня ждало еще одно открытие. Половые губы Светланы, столь гостеприимно распахнутые передо мной, были накрашены яркой помадой. Они производили впечатление второго рта, готового принять меня. Вероятно, это была несмываемая помада, но впечатление было поистине потрясающее...
Языком я нащупал клитор, и, чуть отстранившись, посмотрел на него. Он был довольно большой и возбужденно торчал вверх. Прикоснувшись к нему языком, я стал обсасывать его, чувствуя, как он набухает у меня под губами, как наливается сексуальной энергией. Светлана сидела передо мной, широко расставив колени, глядя перед собой немигающим взглядом. Она все еще ничего не говорила. Хотя сейчас я думаю, что слова ничего не могли прибавить к тому, что я в этот момент ощущал. Клитор дрожал в моем рту и губами я почувствовал, как влагалище Светланы начинает источать запах, характерный для женщины, которая возбуждается. Вслед за запахом появились и первые капли, попавшие ко мне на язык. Они были вязкими, тягучими – это был сок женщины. Она хотела меня. Внешне она это ничем не проявляла, на лице ее было все то же загадочное и просветленное выражение, только по дрожи ее коленок и трепету, время от времени пробегающего по ляжкам, я понимал, что она трепещет всем телом от возбуждения. Дама начала ерзать по кровати, а потом с легким стоном изнеможения откинулась на постель.
Лизать дальше я просто не мог, потому что мой бедный член требовал вывести его из брючного заточения и немедленно пустить в дело. Именно это я и сделал. Зависнув над раскинувшейся подо мной Светланой, я достал его, и ее горячее влажное влагалище приняло мой исстрадавшийся орган. Он входил в ее тело жадно, резкими толчками, вызывавшими стоны у женщины. Ноги ее, раскинутые в стороны, беспокойно двигались, сгибались в коленях и разгибались. Когда член мой вошел до конца, и яички стукнулись в промежность, я стал делать быстрые нетерпеливые фрикции, накачивая свой член, как поршень в теле Светланы. Она задвигалась мне навстречу, насаживаясь на член со столь жадным нетерпением. Внезапно она резко согнула свои стройные ноги и прижала колени к груди. Колени она сама теперь придерживала руками. На лице ее отразилась характерная для таких моментов мука, когда женщина хочет еще глубже, но понимает, что это невозможно. Длина члена всегда ограничена, и поэтому женщина начинает сжиматься, чтобы матка опустилась пониже. Для этого Светлана старательно, сжавшись в комок, наталкивала свой зад прямо на меня. Таким образом, я чувствовал, что головка моего члена сильными ударами трамбует матку. Я ощущал, как матка в глубине тела женщины пульсирует, будто сердце. Мне иногда кажется, что матка – второе сердце женщины. И это было так, потому что с каждым ударом члена по матке из горла Светланы вырывался громкий надсадный стон. Лицо ее покраснело, глаза, широко открытые, умоляюще смотрели на меня, безмолвно прося продлить и увеличить наслаждение.
Я и так уже работал как паровоз, убыстряя фрикции. В этот момент Светлана задвигалась подо мной сильнее, ее лицо буквально побагровело, на глазах показались слезы. Я понял, что она кончает. Оргазм потряс ее так, что, несмотря на всю мою тяжесть, она изогнулась дугой на кровати. Стоны женщины сменились хрипами. Она кончила!
Но я был еще не готов. Только сильнее стал "вкачивать" ее. Понимая, что я тоже уже близок к завершению, Светлана вдруг забеспокоилась и прошептала:
– Не сюда, не сюда. Пожалуйста...
Я всегда был благородным рыцарем, и желание дамы для меня всегда было законом. Как же не исполнить просьбу такой прекрасной женщины?
Поэтому я тут же вытащил свой член, и Светлана сползла вниз, к моему животу. Уткнувшись лицом мне в пах, она горячими губами взяла мое орудие себе в рот. Он был еще более жаркой пещерой, чем предыдущая щель, которую я обрабатывал, женщина заглотала мой стержень наслаждения глубоко в себя, до самого горла. Чувствовалось, что она понимает в этом толк. Мне оставалось только удивляться, как она не подавится и не задохнется. Но напротив, ярость, с которой она набросилась на мой член, стала еще большей. Когда я, наконец, кончил, женщина выпила все мое семя и слизала аккуратно все вытекающие капли. Но и после этого она не выпустила член изо рта. Долго она водила языком по головке, старалась облизать ее всю досуха.
Удовлетворенный, я слез с лица Светланы и лег животом на постель, я был совершенно измотан схваткой, из которой вышел, как впрочем, и всегда, победителем.
Мой покой, мой отдых был неожиданно слегка нарушен. Я почувствовал, что что-то касается моих ягодиц и, обернувшись, увидел, что прекрасная директриса сидит на коленках перед моим задом и целует мои ягодицы. При этом ее густые волосы с платиновым отливом падают вниз и приятно щекочут мою кожу. Но женщина на этом отнюдь не остановилась. Руками она раздвинула мои ягодицы и приникла губами к анусу. Этого я не ожидал. О чем-то подобном я только читал в дешевых эротических брошюрах, да пару раз об этом стыдливо рассказывали приятели, побывавшие в индонезийских борделях.
Такому я никогда не верил и относил на счет фантазии авторов брошюрок и алкогольного опьянения приятелей. И теперь прямо над моей попой находилось прекрасное лицо молодой женщины, которая с увлечением лизала мой задний проход. Обеими руками она раздвигала ягодицы, чтобы было доступней вожделенное ею колечко, а язычок ее сновал взад и вперед по моему анусу.
Сначала Светлана облизала его с внешней стороны, а потом приступила к прямой кишке. Ей удалось просунуть язычок так глубоко, что я ощутил приятное щекотание. Постепенно это щекотание переходило в тепло, растекавшееся по всему моему телу. Я задрожал и стал снова возбуждаться.
Надо сказать, что мне уже тридцать три, и напряженная работа в течение последних лет оставила следы на моем здоровье. Поэтому я не помышлял, что сумею возбудиться так быстро после предыдущего сношения. Но Светлана сумела этого добиться. Похоже, ее и саму это очень заводило. Она вся трепетала, и сопение, которое она издавала, доносилось до моего слуха.
Наши тела двигались почти в унисон. Ах, эти гостиничные кровати, ах, эти хваленые русские номера люкс! Кровать скрипела под нашими телами, будто немазаная повозка, управляемая пьяным возчиком...
Я перевернулся на спину и выставил вверх мой уже вновь готовый к бою фаллос. Светлана мгновенно оседлала его и задергалась. Губы ее были широко открыты, она задыхалась от страсти. Груди выскочили из низкой грации, и теперь маленькими грушками тряслись и подскакивали из стороны в сторону. Молодая женщина скакала на моем члене, как наездница в цирке. Теперь в ней уже чувствовалась некоторая усталость, струйка пота стекала по ее гладкой шее, волосы растрепались... Но это придавало ей дополнительное очарование.
Я лежал неподвижно, только чуть-чуть приподнимая бедра в такт моей прекрасной наезднице. Ведь не случайно эта поза считается наиболее удобной для мужчины. В ней он отдыхает, в то время как женщина, напротив, тратит избыточную энергию.
Наконец, и этой скачке подошел конец. Нехотя Светлана слезла с меня и опять проявила настоящую любовь к сексу. Она не легла рядом со мной отдыхать, а вновь приникла ртом к моему полуопавшему члену, высасывая из него последние капли спермы. Кроме того, поскольку я кончил себе на живот, она успела соскочить с меня в последнюю секунду. Женщина вылизала все с моего живота. Чувствуя горячее прикосновение ее языка к коже, я подумал, что опять могу возбудиться. Но поскольку перенапряжение вредно для здоровья, я решил все-таки сделать перерыв в удовольствиях.
Мы со Светланой сели па постели и закурили. Она все еще тяжело дышала, на лбу ее блестели капельки пота. Наконец, мы могли перемолвиться хоть несколькими словами.
– Ты сама ко мне пришла? – спросил я.
– А как ты думаешь?
– Я не знаю, что и думать. Можешь мне не поверить, но такое случается со мной впервые. Скажи мне сама, и я поверю.
Светлана глубоко затянулась сигаретой, и в комнате повисло молчание. Она так и сидела на кровати рядом со мной, не сводя ног, и я мог каждое мгновение видеть ее расширившуюся вагину с подведенными помадой половыми губами. Мне так до конца и не верилось, что все произошло наяву, а не было какой-то фантасмагорией, бредом мужчины в служебной командировке.
– Конечно, не сама, – наконец сказала Светлана с резкостью, которая известна нам в русских женщинах по классическим романам. Лицо ее стало серьезным. – Конечно, мне сказали, чтобы я к тебе пришла. Сама я даже не знала, где ты остановился.
Светлана затушила сигарету, и я обратил внимание на ее тонкие пальцы с накануне сделанным маникюром.
– Но я не думал, что твои хозяева, наши партнеры посылают на такие дела директора собственного магазина. Для таких вещей существуют... специальные женщины, – немного смутившись, сказал я.
– А я и есть специальная женщина, как ты выразился, – с усмешкой ответила Светлана. – И не одна. Все мои девочки – специальные. Просто я над ними главная. Поэтому и начали в твоем случае с меня. Если я тебе не понравлюсь, быстро пришлют кого-нибудь из моих продавщиц. Я сама и пришлю.
Я был потрясен. И тогда Светлана сказала мне, что весь их магазин занимается этим. Сама она – вовсе не профессиональный торговый работник. Для этого держат пожилую бухгалтершу и старика управленца. А она – Светлана – только два года назад закончила филологический факультет университета. Кстати, вот откуда она в совершенстве владеет английским. И ее взяли на большие деньги в магазин, назначили директором. У нее в подчинении специально подобранные девушки. Конечно, они занимаются торговлей, но основная их обязанность – служить утехой и сексуально-обслуживающим персоналом хозяев фирмы, всех нужных людей в городе.
– На этом и стоит наше совместное предприятие. Не столько торгует импортным товаром, как своими телами, умасливаем, ублажаем всех. И ты, наверное, не догадываешься, наши дела идут совсем уж не так плохо.
– И тебе не трудно заниматься этим делом?
– Сначала было, конечно, непривычно. И трудно. Ведь разные люди попадаются. Но теперь я уже привыкла. Вот только без трусиков ходить холодно. К этому нельзя привыкнуть. Наши морозы – не парижские холода. А без трусиков нужно ходить всегда. Но, впрочем, теперь это не имеет особого значения. В магазине тепло, а если нужно ехать куда-то, мне дают машину.
Раздался телефонный звонок. Веселый голос одного из хозяев предприятия осведомился, хорошо ли я спал, и потом игриво спрашивал, как я провел сегодняшнее утро.
О, эта загадочная славянская душа! Что я мог ответить этому весельчаку. Ведь я не удержался и постыдно воспользовался сделанным мне подарком. Возмущаться уже было поздно. Поэтому я промолчал, и мы договорились, что через час за мной заедет машина, чтобы отвезти в офис.
Светлана встала. Все это время она не снимала своего теплого полупальто. Под ним ее стройные ножки и белизна кожи были еще волнительнее. По всей комнате вновь распространился аромат ее духов. Очаровательным движением женщина подобрала с пола свою небрежно брошенную юбку и так же незаметно, как сняла, надела ее.
– Ты не хочешь меня поцеловать? – несмело спросила она меня, уже стоя у двери. Настоящий мужчина никогда не отвечает отрицательно на такой вопрос...
В офисе я вновь оказался в окружении своих партнеров. Они были высокие здоровяки, с румянцем во всю щеку. Я смотрел бумаги, а они поминутно заглядывали в комнату, интересуясь, не закончил ли я. Старенькая бухгалтер давала мне пояснения по коммерческой деятельности предприятия, поэтому я понимал, что много работы мне не предстоит. Как только я заикнулся, что скоро уже кончаю, все трое ввалились ко мне в комнату. В руках старшего была бутылка коньяка, про который мне сказали, что это самый лучший из тех, что можно тут достать.
Пить на работе я не привык, но весь день уже все равно пошел наперекосяк. Вообще, я чувствовал, что вся моя командировка начинает походить на шарж, на фантасмагорию, и не укладывается в рамки здравого смысла и дела в строгом смысле этого слова. А нарушать стиль – не мой принцип. Я решил плыть по течению и не противиться судьбе. Ничего уже было не повернуть в другом направлении.
Коньяк сразу подействовал на меня. На этикетке было написано "Франция", но клянусь вам, рука белого человека не прикасалась к изготовлению этого напитка. Боюсь, во Франции даже не подозревают о возможности пить такое...
Все же в голове моей появился легкий туман, и я несколько опьянел. На мягком английском языке это дословно называется – "Я был несколько усталым и эмоциональным".
Только поэтому я дал согласие сесть в машину и поехать ресторан с варьете. Я никогда бы не совершил такой безответственный поступок, если бы не выпитый мною напиток.
Ресторан был небольшим. В полукруглом зале, почти темном, стояли два десятка столиков, накрытых длинными клетчатыми скатертями. На небольшой эстраде горел свет, и там начиналось то, что тут называется варьете.
Мы разместились за приготовленным специально для нашего приезда столиком. Нас было четверо, но скоро к нам присоединилась Светлана. Она была в вечернем туалете, тонком колье вокруг своей божественной шеи, пахнущая, как и утром, всеми ароматами цветов Востока и благословенного Юга.
Меня развлекали разными анекдотами, историями о местной коммерческой жизни, но к таким разговорам я всегда был равнодушен, а в такой, столь странно начавшийся день – особенно.
Мы много пили. Партнеры втроем выпили почти три бутылки коньяку, да и я, пытаясь поддержать компанию, выпил полбутылки шампанского. С удивлением я, оглянувшись по сторонам, увидел ту же картину за соседними столиками. Здесь без сомнения, собралась деловая элита. Люди были хорошо одеты, держались развязано и в то же время с достоинством человека, имеющего деньги. И, тем не менее, очень скоро, благодаря непомерному употреблению горячительных напитков, все стали возбуждены. Раздавались выкрики, слышался поминутный звон бокалов и шипение пробок откупориваемого шампанского. Музыка играла громко, и под нее сквозь клубы табачного дыма виднелись девочки на сцене, поющие и пляшущие что-то. Вообще, все это напоминало провинциальную Нигерию, но было в этом празднике жизни что-то специфическое, невиданное мною никогда ранее.
Один из партнеров наклонился к Светлане и спросил, все ли готово. Она улыбнулась только губами и наклонила голову. Глаза ее при этом оставались строго-равнодушными. Она сидела на стуле прямо, ровно держа голову, и молча курила, не вмешиваясь в разговор. Наливали ей, как всем остальным, и я не мог понять, как женщина, тем более, молодая и хрупкая, филолог, выдерживает такой ритм возлияний. Только краска на ее щеках стала ярче, румянец проступил сквозь искусственные румяна, да и глазах странно заблестели. Она явно чего-то ждала.
И это наступило. Правда, ничего подобного я не ожидал, но, вероятно, это было одним из любимых развлечений местной денежной элиты. Мой сосед сказал что-то Светлане. Она со страхом, смущением и скрытым восторгом посмотрела на него и отрицательно покачала головой. Он повторил. Опять отказ и умоляющий взгляд. Ей чего-то не хотелось, и одновременно она чего-то жаждала. Наконец, немое сопротивление было преодолено. Мы все смотрели, что будет. Светлана медленно, не меняя выражение лица, стала спускаться вниз. Она встала на колени рядом со своим стулом, на котором только что сидела, а потом ее прелестная головка совсем скрылась под длинной, до пола, скатертью.
Я обомлел. Неужели?
Да, это было именно так. Несколько минут спустя мой сосед беспокойно задвигался на своем стуле, заулыбался. Приподняв край скатерти, я увидел, что Светлана стоит в своем вечернем декольтированном платье на четвереньках под столом, и, расстегнув штаны, с увлечением сосет его громадный член. Долго смотреть мне не пришлось, потому что за столом раздался громкий смех. Это партнеры от души веселились, глядя на мое изумление. Не буду скрывать, их ожидания оправдались. Они хотели удивить меня, и им это вполне удалось. Мы чокнулись и выпили еще по глотку.
За соседними столиками, несомненно, видели все, что произошло, и оттуда смотрели с интересом на нас, на довольное лицо обслуживаемого мужчины и на торчащие из-под скатерти ноги Светланы в лакированных туфельках.
Несмотря на несмолкаемый грохот музыки и шум в зале, я услышал звуки из-под стола – это были сосательные движения, которые делала Светлана, заглатывая член мужчины. Мои волнения относительно того, что может возникнуть скандал, оказались совершенно напрасными. Вероятно, здесь привыкли к подобным выходкам. Одна из женщин за соседним столиком совершенно спокойно расстегнула свое платье спереди и выложила на стол, на всеобщее обозрение свои полные налитые груди. А ее соседи по столику поливали эти лежащие передними груди шампанским.
На нас скоро перестали обращать внимание. Только вот ножки Светланы переместились. Теперь они раздвинулись и каблучки торчали в разные стороны.
Увидев мой заинтересованный взгляд, один из моих партнеров приподнял скатерть, чтобы мне было удобнее смотреть. Светлана, продолжая сосать член, не утерпела, и одной рукой задрав свое длинное платье, мастурбировала. Поэтому ей пришлось пошире расставить коленки. Глаза ее были закрыты, она явно получала удовольствие не меньшее, чем мужчина над нею.
Когда он задергался и, засипев, кончил, Светлана переползла под столом ко мне. Ротик ее был совершенно мокрым от только что принятой в себя порции спермы, так что мой член вошел туда как в липкую массу. Как ни странно, брезгливости я не ощутил.
Светлана сосала увлеченно, так что я тоже стал подпрыгивать на стуле. Партнеры при этом продолжали разговаривать между собой, временами обращаясь и ко мне, как будто ничего особенного не происходило. Отчасти, конечно, это объясняется бравадой, но отчасти и действительной привычностью.
Когда пришел и мой черед кончать, и я бурно извергся в горло женщины, мужчины решили, что, коли, и я теперь облегчился, то нам пора уходить отсюда.
– Больше ничего интересного тут все равно не будет, – сказал мне один из них, – а программа варьете все равно скоро кончится. У нас есть одно очень милое и укромное место, где мы можем по-настоящему отдохнуть.
Очертя голову, я кивнул и тем самым бросился в пучину дальнейших событий.
Машина домчала нас за полчаса за город, где мы остановились перед одноэтажным кирпичным строением. По дороге я ужасался тому, во что позволил себя втянуть, и в тоже время восхищенно думал о том, сколько интересного я узнал, и какими насыщенными, а главное – правдивыми, будут мои рассказы друзьям по возращении. Ведь правдивость – это главный дефицит всех бесчисленных амурных и пикантных истории, которые мы слышим и которые рассказываем сами.
Рядом со мной сидела на заднем сидении Светлана. Она молчала по-прежнему, только на мой вопрос, как она себя чувствует, она, стыдливо опустив глаза, сказала:
– Хорошо, вот только платье сзади промокло, я слишком обильно кончала.
А, увидев мои глаза, округлившиеся от такого неожиданно откровенного ответа, она еще более смущенно добавила:
– Да-да, ведь я кончила три раза. Два раза, когда сосала у Павла Сергеевича, и один раз – когда у тебя. А трусиков же нет, а я сижу. Вот на платье и натекло. Теперь сзади пятно. Придется переодеваться.
Здание, к которому мы подъехали, оказалось баней. Внутри все было выполнено с большой роскошью. Тут были и ковры, и множество небольших комнат, и мягкие диваны, и интимная подсветка.
Нас уже ждали две очаровательные девушки, в которых я без труда узнал продавщиц из магазина. Уж не знаю, каким образом в этом городе удалось найти девушек с такой сладостной южно-азиатской внешностью. Это были поистине экзотические красотки, будто сошедших с экранов, на которых демонстрируются фильмы Джакина. Эммануэль, Бангкок, Жан Клод Анне – вся неизбывная мечта европейца о сладостной тайне Востока. Эротические грезы...
Мы все расположились в креслах, а две тоненькие девушки в интимном освещении начали свою игру. Они, совершенно обнаженные, целовались друг с дружкой своими яркими, выпуклыми, как цветок, губами, они обнимались, лежа на ковре, и в свете лампочек их гибкие смуглые тела переплетались подобно похотливым змеям... Одна накинула на другую сеть. Сеть была черная, нейлоновая, очень крепкая, и девушка, опутанная ею, стала теперь совершенно беспомощной. Тогда ее подруга яростно набросилась на нее, и ненасытность ласками была в ее горящем взгляде. Она обвивалась вокруг спеленатой в сеть девушки, она лизала ее тело во всех мыслимых местах, она забиралась язычком и проворными руками везде, где только можно... Ласка была похожа на садизм. Вторая, не в силах изменить позу, билась в ее руках, стонала, извивалась, постоянно возбуждаемая, не в силах получить удовлетворение. Перед нами была картина невозможности насытиться.
Девушку ласкали, ее лизали и приносили ей наслаждение, но вместе с тем это была и сладкая мука, потому что подруга знала свое дело. Она не давала подруге кончить. Та доходила под ласками до полного экстаза, даже тонко кричала от охватившей ее страсти. Но только она готовилась, наконец, кончить, как тут же подруга мешала ей, отвлекала или делала что-то другое.
Мне казалось, что эти черные миндалевидные глаза, вылезшие из орбит от муки вожделения, сейчас выпадут совсем, что девушка умрет от желания. Она каталась по полу и чуть не плакала от страсти.
Наконец, мучительница сжалилась и, развязав сеть, скинула ее с партнерши. Тогда мы увидели кульминацию всего действия, освобожденная с таким упоением стала мастурбировать у нас на глазах, и столь неподдельным был ее восторг, что мы все возбудились окончательно.
Я посмотрел на Светлану, которая, скинув с себя платье, сидела рядом на диванчике в том же наряде, в котором была у меня сегодня утром. Она жадно хватала ртом воздух. Казалось, она вся целиком вместе с этой девушкой переживает все перипетии этой схватки-ласки, и теперь наслаждается оргазмом.
Я подошел к ней и положил руку ей на грудь. Она подняла на меня глаза, ив них я увидел благодарность. Мужчины рядом со мной разобрали обеих девушек. Сзади начали доноситься характерные звуки – сопение мужчин и чувственные вздохи девушек.
Светлана подала мне руку, и я помог ей подняться с дивана. Женщина повернулась ко мне спиной и оперлась руками о спинку стоящего рядом кресла. Я понял ее и, проведя рукой по внутренней стороне ляжек, заставил пошире расставить ноги. Она сделала это, и при этом, отставив назад попку, прогнулась. Теперь путь был свободен, Я давно уже был готов к сношению, и теперь мой восставший член гордо вошел в Светлану. Раздался звук, похожий на чавканье. Что-то булькнуло во влагалище женщины, и я почувствовал, как мой член погружается в какое-то горячее месиво, в болото. Внутри влагалища Светланы все было переполнено ее выделениями. Там все булькало и чавкало. Мой член шел вперед, не встречая ни малейшего участка твердой ткани – все было сыро, мокро и мягко. Так Светлана раздрочила свое влагалище за этот вечер...
Она стояла спокойно, только иногда перебирала стройными ногами, и послушно каждый раз подавалась мне навстречу своим задом. Потом только она повернула голову и попросила:
– Пожалуйста, сделай мне в попочку.
Долго просить было меня не нужно, и скоро мой член оказался в требуемой щели. Вот тут Светлана задергалась по-настоящему. Сношение во влагалище ее уже не могло как следует удовлетворить сейчас, а вот задний проход – это было как раз то, что ей было необходимо. Теперь я героически проталкивал головку пениса по узкому заднему проходу. Известно ведь, как ни трахай женщину в задний проход, как ни растягивай его, все равно он по закону природы никогда таким широким, как влагалище, не станет. А, кроме того, в нем нет смазки, нет тех выделений, которые помогают проникать в вагину. Нет, задний проход – это идеальный путь для тех, кто хочет сильных ощущений!
Конечно, Светлана была привычна и к такому. Ее прелестный зад не раз раздирали члены и покрупнее моего. Но все равно сейчас женщина трепетала в моих руках, надсаженная на палку, торчащую из меня, и стонала самозабвенно.
А прямо перед нами в этот момент разворачивалась действительно замечательная картина. Трое мужчин одновременно сношали одну девушку – самую тоненькую и хрупкую. Они буквально разрывали ее нежное тельце своими огромными членами. Один ввел его ей во влагалище, другой пристроился сзади и трахал в попку, а третий, конечно – в подставленный ротик. По щекам девушки катились слезы, но это были слезы вожделения, и, отчасти, удушья от толстого члена в ее рту, доходившего своим концом до ее горла.
В ее карих, огромных, выпученных сейчас глазах застыл восторг. Она бестолково, как резиновая кукла дергалась, насаженая на три члена, стараясь попасть в такт всем троим. Из этого, естественно, ничего не получалось, но картина была забавная и трогательная.
Я кончил в задний проход Светланы, и она сразу вся задрожала, почувствовав вместе со мной, как сперма разливается по ее телу.
Женщина еще несколько секунд оставалась стоять. Ей нужно было кончить самой. Ноги ее напряглись, ляжки похотливо подрагивали. Наконец, желаемое свершилось. Между ног и по ляжкам потекла мутная влага из вагины.
Ночь подходила к концу. Из-за завешенного окна пробивался рассвет. Нега и усталое томление охватило всех присутствующих. Мы полулежали на диванах, а у наших ног устроились женщины. Они о чем-то тихо переговаривались между собой – вероятно, решали какие-то свои производственные вопросы.
Вдруг один из партнеров размежил веки и, лениво повернувшись, сказал несколько слов. Девушка, одна из двух, подползла ко мне и взяла в ротик мой опавший член. Она стала нежно облизывать его, а потом засосала. Я, закрыв глаза, остался недвижим. Больше мне уже ничего было не нужно. Я ничего не хотел от жизни, только лежать вот так, и чтобы меня оставили в покое. Спроси меня в тот момент кто-либо, чего я хочу, и не желаю ли я немедленно умереть, я бы ответил, что, пожалуй. Лежать вот так, обессиленным, а нежная девчушка ласково посасывает твой член... О чем еще может мечтать цивилизованный человек?
Но тут я почувствовал, что надо мной кто-то стоит. Открыв глаза, я понял, что это все три моих партнера, совершенно голые, столпились надо мной. В руках у них были рюмки. Одну из них они мне всунули в руки, и тогда я слабым голосом спросил их, какого черта им от меня еще нужно.
– Сэр, мы уверены, что вы порядочный человек, – сказал один из них.
– Да... конечно. Благодарю вас, – ответил я, все еще ничего не понимая.
– Вы всегда держите данное вами слово?
– Ну… да, – я все еще не понимал, к чему этот странный и неуместный сейчас разговор.
– И если вы сейчас пообещаете нам что-то, вы никогда не нарушите данное слово. Правда?
– Ну, – выдавил я, – ну, да.
– Вам было хорошо сегодня?
Это был вопрос, на который нужно было отвечать. Я посмотрел на сидящую в стороне Светлану, на лежащую у моих ног сосущую девчонку; почувствовал приятную легкость внизу живота.
– Да, мне было хорошо. Спасибо.
– Так вот, вы, конечно, вернувшись назад, в вашу фирму, доложите, что у нас все в порядке. Ведь правда?
Это был явный шантаж. Очевидный. Восточный. Но Светлана, ее вагина, ее зад, эти девчушки, моя легкость внизу живота, в мошонке...
Я проглотил слюну. Потом еще. Меня заставили выпить рюмку коньяку. Туман накатил на меня вновь, как липкий туман с берегов Темзы. Я был окутан им. И хотел спокойно умереть.
– Да, – сказал я.
Окончание оргии я не помню. Меня привезли в гостиницу и проводили в номер. В тяжелом хмельном забытьи мне все время снилась Светлана, ее фигура, ее спокойное лицо и загадочно-задумчивое выражение глаз.
Я проснулся, когда за окнами уже сиял день. Напротив окон моего номера стояла машина моих партнеров, рядом с ней высился рекламный щит, призывающий курить сигареты "Лаки Страйк". Здесь это считается признаком цивилизации и шагом в Европу, хотя как можно считать цивилизованной страну, где официально разрешена реклама сигарет на улицах? Нет, я не хочу никого обидеть, но такое я видел только однажды в какой-то африканской глубинке.
Неужели партнеры опять приехали, ни свет, ни заря, мелькнула у меня мысль. Но тут же я все понял. Из ванной комнаты доносился шум льющейся воды. Я вспомнил, что это Светлана, доведя меня до номера, осталась ночевать.
Прошло несколько минут, и она вышла. Светлана была свежа и прелестна, как будто она была полна сил и новой молодой энергии. Как будто мы не вместе провели безумную ночь. Сейчас во всем ее облике не было и намека на ее участие в ночной оргии. Женщина вся светилась не только рассыпавшимися золотистыми волосами, но светоностность излучала вся ее внешность. Она успела основательно привести себя в порядок. Вероятно, она всегда носит с собой сменную одежду, потому что на этот раз она опять была в своем деловом костюме с неизменным зеленым полупальто, которое, казалось, является непременным атрибутом ее внешности.
Я попросил ее снять юбку. В таком виде Светлана и запечатлелась в моем сознании, во всем блеске своего порочного очарования.
Надо же, я до сих пор не могу понять, каким образом меня – столь строгого человека сумела околдовать эта русская красавица.
– Скажи, тебя попросили остаться со мной твои хозяева?
Светлана опустила глаза:
– Нет, на этот раз нет. Я решила остаться с тобой сама. Мне хотелось еще некоторое время побыть с тобой.
Наверное, она говорила правду. На самом деле, конечно же, ее хозяева, а мои партнеры к утру уже вряд ли были в состоянии о чем-то просить и вообще адекватно воспринимать действительность.
– Тогда иди ко мне.
Светлана подошла ко мне вплотную, как тогда, в первый раз, и легла на кровать прямо в одежде, на живот. Я подсел к ней, поднял нижний край ее полупальто и обнажил таким образом округлый белый зад. Я стал гладить его, постепенно проникая все глубже ладонью между мягких ягодиц. Светлана зашевелилась и повернула ко мне голову.
– Ты можешь ласкать меня, не смущаясь ничем. Я вся только что очень хорошо вымылась, так что на мне нет следов вчерашнего.
Меня это, правда, и не волновало, так как я был слишком возбужден близостью ее тела и ставшим уже привычным ароматом ее духов.
– Какая у тебя замечательная попка, – не выдержал я, – прямо хоть на конкурс красоты.
– Да, – отозвалась Светлана, и вдруг добавила. – Только знаешь, как она мерзнет, когда приходится в холодный день возвращаться домой без трусиков?
Был тихий день, и мы оба были в расслабленном состоянии после вчерашнего, и Светлана вдруг решила проникнуться ко мне доверием и пожаловаться:
– Конечно, сейчас мне почти всегда дают машину, так что все хорошо, но раньше... Когда наши дела шли еще не так хорошо, нам приходилось начинать с нуля, вот тогда каждый день меня выставляли из очередного дома или кабака прямо на улицу без трусиков, и приходилось так бежать домой. Сначала вообще было гораздо хуже, пока мы не встали на ноги. И контингент мужчин, которых мы обслуживали, был совсем не тот, что сейчас. Раньше мы начинали с разной шушеры. А они и ведут себя по-другому. Помнишь, как я первый раз спросила тебя, хочешь ли ты меня поцеловать? Это все оттого, что во мне развился комплекс. Многие мужчины не хотят не только целоваться со мной, но даже есть и пить со мной из одной посуды. Если они втроем или вчетвером имели тебя всю ночь, то на утро они не пригласят тебя к завтраку, чтобы ты не прикасалась к их посуде. Они брезгуют, и ты просто должна сидеть и смотреть, как они едят и пьют… Конечно, теперь все не так, но я часто вспоминаю прежние времена.
– Как ты не стесняешься выделывать то, что ты делала вчера в ресторане? – спросил я. – Ведь там столько народу видело, как ты сосешь под столом у нас по очереди.
Светлана рассмеялась:
– Да ведь из этих мужчин половина пользовалась раньше, да и теперь, моими услугами. А что касается женщин, то, я думаю, они только втайне завидуют мне и еще, по крайней мере, год будут тихо сходить с ума и кончать себе в постель при одном только воспоминании об увиденном и от представления себя на моем месте.
В тот день я решил закончить свой визит в этот гостеприимный город. Партнеры провожали меня радостные и удовлетворенные успешно проведенным мероприятием по умиротворению представителя фирмы. Им все удалось. Это несомненно. Конечно, я сдержу теперь свое слово, которое дал им, а, вернее, которое они вырвали у меня.
Только я уверен, что их глупая операция по обезвреживанию меня – отнюдь не их заслуга. Вся честь успеха по праву принадлежит Светлане – прелестному директору магазина. Все вспоминают разное, возвращаясь из вашей замечательной страны. Кто помнит золоченые купола и колокольни на фоне голубого неба, кто березовые рощи, кто – Эрмитаж и Кремль, а мое яркое единственное впечатление, которое я сберегу в благодарной памяти моих чувств – это Светлана.
Честно говоря, мне кажется, что скоро я опять вернусь, только не один на этот раз. Я привезу с собой своего руководителя фирмы – строгого пуританина, как я. Будет забавно посмотреть на него после пары суток пребывания в этом городе с проверкой.

Вернуться на страницу Коллег по порнорассказам, на главную

Блондинка с черным маникюром Блондинка с черным маникюром Блондинка с черным маникюром Блондинка с черным маникюром Блондинка с черным маникюром

Изучаем далее:



Схема электромагнитные реле постоянного тока

Картинки и открытки с пожеланиями удачи

Детские шапочки схемы спицами крючком осень

Идеи маникюра белый с желтым

Прически если волнистые волосы